Айтматов Чингиз Торекулович
(1928—2008)
Классическая проза
Голосование
Что не хватает на нашем сайте?

27

пока на внутренние рейсы. Зайди к начальнику — вызывал.

        — Не пойду! Пусть сами решают, без меня. Жалеть не буду…

        Я вышел. Понуро поплелся по коридору. Ктото шел навстречу. Я хотел пройти боком, но Алибек загородил путь.

        — Нет, ты постой! — оттеснил он меня в угол. В упор глядя, проговорил злым, свистящим шепотом: — Ну что, герой, доказал? Доказал, что ты сукин сын!

        — Хотел как лучше, — буркнул я.

        — Врешь! Один хотел отличиться. На себя работал. А стоящее дело загубил. Пойди теперь попробуй докажи после этого, что можно ходить с прицепом! Балда! Выскочка!

        Может быть, когонибудь другого эти слова заставили бы одуматься, но мне теперь было все равно; ничего не понял я, только видел одну обиду свою. Я выскочка, стремлюсь отличиться, заработать славу? Это же неправда!

        — Отойди! — отстранил я Алибека. — Без тебя тошно.

        Вышел на крыльцо. Холодный, пронизывающий ветер мел по двору снежную пыль. Люди проходили мимо, молчаливо косясь на меня. Что было делать? Сунул в карманы кулаки и зашагал к выходу. Лед, намерзший в лужах, с хрустом втаптывался в землю. Под ноги попала банка изпод тавота. Изо всей силы пнул ее через ворота на улицу и сам двинулся следом. Весь день бесцельно бродил я по улицам городка, слонялся по пустой пристани. На ИссыкКуле штормило, баржи качались у причалов.

        Потом я очутился в чайной. На столе передо мной стояла початая поллитровка да какаято закуска в тарелке. Оглушенный первым же стаканом, я тупо глядел себе под ноги.

        — Что приуныл, джигит? — раздался вдруг возле меня чейто приветливый, слегка насмешливый голос. С трудом поднял голову: Кадича.

        — Что, не пьется одному? — улыбнулась она, присела рядом за столик. — Ну, давай выпьем вместе!

        Кадича разлила водку по стаканам, пододвинула ко мне.

        — Держи! — сказала она и задорно подмигнула, будто мы пришли сюда просто посидеть да выпить.

        — Ты что радуешься? — спросил я недовольно.

        — А что горевать? С тобой мне все нипочем, Ильяс! А я думала, ты крепче. Ну, где наша не пропадала! — негромко засмеялась она, придвинулась ближе, чокнулась, глядя на меня темными ласкающими глазами.

        Мы выпили. Я закурил. Вроде бы немного полегчало, я улыбнулся первый раз в этот день!

        — Молодец ты, Кадича! — сказал я и сжал ее руку.

        Потом мы вышли на улицу. Было уже темно. Шальной ветер с озера раскачивал деревья и фонари. Земля качалась под ногами. Кадича вела меня, поддерживая под руку, заботливо приподняла мой воротник.

        — Виноват я перед тобой, Кадича! — проговорил я, испытывая чувство вины и благодарности. — Но знай, в обиду тебя не дам… Сам буду отвечать…

        — Позабудь об этом, родной мой! — ответила она. — Беспокойный ты. Все рвешься кудато, а мне больно за тебя. Я и сама такая была. За жизнью не угонишься, бери, что берется… Зачем дразнить судьбу…

        — Ну, это смотря как понимать! — возразил я, а потом подумал и сказал:

        — А может, ты и права…

     

 

Фотогалерея

Aytmatov 15
Aytmatov 14
Aytmatov 13
Aytmatov 12
Aytmatov 11

Статьи
















Читать также


Научная Фантастика
Повести
Друзья

Поиск по книгам:


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту