Айтматов Чингиз Торекулович
(1928—2008)
Классическая проза
Голосование
Что не хватает на нашем сайте?

40

проронить ни слова. Сгорая от позора, я опустил голову. В комнате на мгновение стало до жути тихо. Не знаю, чем бы все это кончилось, если бы не Байтемир. Он как ни в чем не бывало опять усадил меня на место.

        — Ничего, Асель, — спокойно сказал он. — Разбился немного шофер, отлежится… Ты бы лучше йод нам дала.

        — Йод? — голос ее потеплел, встревожился. — Йод соседи брали… Я сейчас! — спохватилась она и выбежала из дверей.

        Я сидел, не двигаясь, прикусив губу. Хмель точно вышибло из головы, протрезвел в мгновение ока. Только кровь с шумом колотилась в висках.

        — Обмывать надо сначала, — сказал Байтемир, разглядывая ссадины на моем лбу. Он взял ведро и вышел. Из соседней комнаты выглянул босоногий мальчик лет пяти в одной рубашонке. Он смотрел на меня большими любопытными глазами. Я сразу узнал его. Не пойму как, но узнал, сердце мое узнало.

        — Самат! — сдавленным голосом прошептал я и потянулся к сыну.

        В это время Байтемир появился в дверях, и я почемуто испугался. Он, кажется, услышал, как я назвал сына по имени. Стало очень неловко, будто поймали меня, как вора. Чтобы загладить смущение, я вдруг спросил, прикрывая рукой ссадину над глазом:

        — Это ваш сын? — Ну зачем мне надо было так спрашивать? До сих пор не могу простить себе.

        — Мой! — похозяйски уверенно ответил Байтемир. Поставил ведро на пол, поднял Самата на руки. — Мой, конечно, собственный, так ведь, Самат? — приговаривал он, целуя мальчонку и щекоча его шею усами. В голосе и поведении Байтемира не было ни тени фальши. — Ты почему не спишь? Ух ты, мой жеребенок, все тебе надо знать, нука, беги в постель!

        — А мама где? — спросил Самат.

        — Сейчас придет. Вот она. Ты иди, сынок.

        Асель вбежала, молча окинула нас быстрым, настороженным взглядом, подала Байтемиру пузырек с йодом и увела сынишку спать.

        Байтемир намочил полотенце, вытер кровь с моего лица.

        — Терпи! — пошутил он, прижигая ссадины, и строго сказал: — Прижечь бы тебя за такое дело покрепче, да ладно, гость ты у нас… Ну вот и порядок, заживет. Асель, нам бы чайку.

        — Сейчас.

        Байтемир постелил на кошму ватное одеяло, положил подушку.

        — Пересаживайся сюда, отдохни немного, — сказал он.

        — Ничего, спасибо! — пробормотал я.

        — Садись, садись, будь как у себя дома, — настаивал Байтемир.

        Я делал все, как во сне. Сердце будто ктото зажал в груди. Все во мне напряглось в тревоге и ожидании. Эх, зачем только родила меня мать на свет!

        Асель вышла и, стараясь не смотреть на нас, взяла самовар, унесла во двор.

        — Я сейчас помогу тебе, Асель, — сказал вслед Байтемир. Он пошел было за ней, но Самат снова прибежал. Он совсем не собирался спать.

        — Ты что, Самат? — добродушно покачал головой Байтемир.

        — Дядя, а ты прямо из кино вышел? — серьезно спросил меня сын, подбегая поближе.

        Я смекнул, в чем дело, а Байтемир расхохотался.

        — Ах ты, несмышленыш мой! — смеялся Байтемир, опустившись

 

Фотогалерея

Aytmatov 15
Aytmatov 14
Aytmatov 13
Aytmatov 12
Aytmatov 11

Статьи
















Читать также


Научная Фантастика
Повести
Друзья

Поиск по книгам:


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту