Айтматов Чингиз Торекулович
(1928—2008)
Классическая проза
Голосование
Что не хватает на нашем сайте?

33

рукой.

        Потом они молча собирали накошенный хворост в общую кучу. Надо было еще немного накосить, чтобы сделать вязанки побольше. И тут Аджимурат заговорил обиженно:

        — Зачем, зачем, говоришь! Отцу сшили бы лисью шапку, как у дяди Нургазы, а ты стоял!

        Султанмурат опешил: значит, вот о чем он думал, гоняясь за лисицей. И теперь пожалел, что не удалось поймать такую красивую лисицу, и представил себе отца в пушистом теплом малахае, как у дяди Нургазы. Такая шапка очень пошла бы отцу. Мысли Султанмурата прервались всхлипываниями Аджимурата. Братишка сидел на куче хвороста и горько плакал.

        — Ты что? Что с тобой? — подошел к нему Султанмурат.

        — Ничего, — ответил тот сквозь слезы.

        Султанмурат не стал особенно допытываться. Он сразу догадался, вспомнив, как недавно плакал Аджимурат, когда приезжал дядя Нургазы. Понял он, что мальчик расплакался с тоски по отцу. Лисица и лисий малахай были лишь напоминанием…

        Не знал Султанмурат, как помочь братишке. Он и сам загрустил. Проникаясь жалостью и состраданием к брату, он решил поделиться с ним самым сокровенным.

        — Ты не плачь, Аджике, — сказал он, присаживаясь возле. — Не плачь. Понимаешь, я хочу жениться, когда вернется отец.

        Аджимурат перестал плакать, удивленно уставился:

        — Жениться?

        — Да. Если ты мне поможешь в одном деле.

        — Какое дело? — сразу заинтересовался Аджимурат.

        — Только ты никому ни слова!

        — Никому! Никому не скажу!

        Теперь Султанмурат заколебался. Говорить или не говорить? Он молчал в растерянности, Аджимурат начал приставать:

        — Ну скажи, какое дело, скажи, Султан. Честное слово, никому ни слова.

        Султанмурат покрылся испариной и, не глядя в лицо брату, с трудом проговорил:

        — Надо передать письмо одной девушке. В школе.

        — А где письмо, какое письмо? — живо придвинулся к брату Аджимурат.

        — Потом я тебе покажу. Не здесь же письмо.

        — А где?

        — Где надо. Потом увидишь.

        — А кому, какой девушке?

        — Ты ее знаешь. Потом скажу.

        — Так скажи сразу!

        — Нет, потом.

        Аджимурат приставал. Он становился невыносимым. Тяжело вздохнув, Султанмурат вынужденно сказал, запинаясь:

        — Письмо надо… это… передать Мырзагуль.

        — Какой Мырзагуль? Той, что в вашем классе?

        — Да.

        — Ура! — заорал то ли от радости, то ли от озорства младший брат. — Я ее знаю, она такая, воображает, что очень красивая! С младшими классами не разговаривает.

        — А ты что кричишь? — рассердился старший.

        — Ладно, ладно! Не буду! Ты ее любишь, да? Как Айчурек и Семетей16, да?

        — Перестань! — прикрикнул на него Султанмурат.

        — А что? Говорить нельзя? — вредничал младший.

        — Ну и кричи, залезь вон на те горы и кричи на весь свет!

        — Вот и залезу и буду кричать! Ты любишь эту Мырзагуль! Вот! Вот! Ты любишь…

        Нахальство младшего вывело из себя старшего брата. Размахнувшись, Султанмурат дал ему крепкого подзатыльника. Тот скривился сразу и заревел на весь овраг:

        — Когда отец на войне, ты меня бить? Ну подожди! Подожди! Ты еще ответишь! — орет во все горло.

        Теперь надо было успокоить его. Вот морока! Когда они помирились, Аджимурат говорил, все еще судорожно всхлипывая, все

 

Фотогалерея

Aytmatov 15
Aytmatov 14
Aytmatov 13
Aytmatov 12
Aytmatov 11

Статьи
















Читать также


Научная Фантастика
Повести
Друзья

Поиск по книгам:


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту